Category: образование

Наблюдатель

Про дураков

Помните я в про одинаковых проводников в поезде рассказывал? Двух близняшек, заглянувших в наше купе с двух сторон сразу. Вспомнил похожую историю. Про дураков.

В нашем классе учились близнецы, которых никто с первого класса не путал, потому что только одного из них родители стригли коротко, а какого именно никому было совершенно не важно. Серега - лысый, Сашка - лохматый и точка.

Collapse )

Наблюдатель

Вина одной старушки

- Послушайте, Петя, - заявил один школьный ученик другому, - я прекращаю наше сотрудничество. За последнюю контрольную по физике я получил единицу. Я бы сам решил эти задачи, Петя, хотя бы на «два», а то и на «три», если бы мне повезло. А тут единица и грядущая тройка в аттестате. Я прекращаю наше сотрудничество.

- Паш, не надо прекращать, - заныл Петя, - я нечаянно ведь, у меня ангина и с со Светкой поругался. Я и себе на трояк написал.

- Вот видишь, себе на трояк, а мне на единицу. Так что сочинения каждый пишет себе сам. И физику каждый пишет себе сам. И вообще…

- Паш, ну пожалуйста. Завтра же по Достоевскому надо писать, а я его даже не читал. А потом в кино сходим, Светка подругу возьмет из музыкальной школы.

- Ну разве что подругу. Красивую.

Паша написал сочинение за Петю и они пошли в кино.

Collapse )

Наблюдатель

Решающий фактор

Как-то один юный, между прочим, студент, с группой таких же оболтусов отмечал в Арагви, было такое кафе в Москве, на улице «кое-кого», возвращение из муторного строительного отряда на Воскресенском Химическом Комбинате. Коньяком. И так наотмечался, что вышел проветрить организм на вечернем воздухе, с целью скорейшего обратного возвращения.

Обойдя два раза памятник Юрию Долгорукому с окружающими его шариками, он попытался найти дорогу обратно. И не нашел. Пропала дверь в кафе как не было. И само кафе видимо тоже исчезло практически навсегда. Кафе нет, а все остальное есть. Редкие москвичи с частыми гостями столицы. Основатель города. Машины даже иногда попадаются, представляете?. Арагви нет.

Collapse )

Наблюдатель

Лошади бывают разными.

Вот говорят, что лошади - умные. Некоторые - да, может быть, спорить не буду. С одной даже Маяковский разговаривал. Помните, «двое в комнате, я и лошадь…»? Или там не лошадь у Владимира Владимировича? Хотя «Лошадь, здравствуйте», - это точно у него.

Тем более, что был у нас один случай с лошадью.

В небольшом уральском селе строители построили новую школу. Рядом со старой.

По случаю сдачи объекта устроили праздник, президента республики пригласили, прочее руководство из министерств и ведомств. Жители на митинг сами собрались, ждут высоких гостей. Из строителей только директора позвали гостей ждать. Остальным просто пикник в поле за деревней накрыли. Все-таки у них тоже праздник, но от руководства подальше, чтоб чего не вышло.

Collapse )
Наблюдатель

Бабушка со славянским шкафом.

Кстати, из всех заказанных Наивным рыболовных
принадлежностей китайцы прислали только катушку.
Китайцы видимо здраво рассудили, что Наивному и этага за глаза.
Сидит теперь, как папуас с теодолитом, крутит эту катушку,
не понимает, с какой стороны катушки рыба должна пойматься.
(типа эпиграфа со слов друга, которого вы все знаете)

То что я решил в отпуске стать немного рыболовом, я писал. О том, что всех знакомых рыбаков просил мне советами помочь, тоже рассказывал. Одного все-же вынудил. В буквальном смысле слова от слова нудить.
- Помоги, говорю, на Али удочку выбрать.
- Нафига тебе на Али? Вон на Алексеевской магазин, поедем и купим.
- Не, я на Али хочу, мне в магазине быстро слишком.
- Гм. Вопрос, кто умнее ты или рыба рассматривается?
- Рассматривается. После того как удочку на Али выберешь.
Он и выбрал. То есть выбрал-то я, но уже с одобрением специалиста. «Нафига тебе семь метров, когда ты уже на двух поплавка не видишь?». В общем-то назаказывал кучу всякого. Отсюда и эпиграф.

 

Collapse )
Наблюдатель

17 сентября 1963

17 сентября 1963. Именно в этот день у группы товарищей появился повод для поздравления меня с днем рождения. И несмотря на этот повод первые пару лет жизни вместо того, чтоб поздравить меня, поздравляли почему-то родителей. Со временем эта группа товарищей изрядно увеличилась, да. А родителей почему-то поздравлять практически перестали. Поэтому.

Мам, пап, с днем моего рождения! Не болейте, с остальным разберемся.

Хотел написать какую-нибудь веселую байку. Но исключительно некогда. Достал старую, стряхнул пыль и выкладываю. Всем привет, все будет хорошо.

Летом 1980 года я закончил школу, поступил в институт, немного посмотрел олимпиаду и случайно попал на похороны Высоцкого. И после всего такого мне очень захотелось поступить в автошколу и получить права. Денег на обучение и бензин у меня не было, очередь в школу была на пару лет и я отправился в военкомат. По слухам, ходившим в нашем дворе, если правильно подойти к прапорщику Будунцу, занимавшемуся воспитанием и подготовкой будущего личного состава, вполне можно было попасть в школу ДОСАФ от военкомата.

Наблюдатель

Скучный рассказ на школьную тему.

Чем больше проходит времени после окончания школы, тем понятнее становится тебе твои учителя. Хорошие и плохие. Хороших все-таки было гораздо больше, да и плохие не такими уж плохими и были. Терпели же они наши издевательства, как могли, но терпели же. (я бы себя тогдашнего чем-нибудь бы убил, честное слово) И нафига было над ними издеваться, я не понимаю. Не понимаю сейчас, когда старше большинства своих тогдашних учителей. Причем некоторых из них старше окончательно, потому что они уже стариться перестали, а у меня, я надеюсь, все впереди. В общем, написалась зачем-то такая фигня.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую. Впереди была большая перемена.
Collapse )
Наблюдатель

Про КВН в школе.

Когда-то давно, в нашем, по-моему, пятом классе было решено замутить КВН. Его как раз перестали по телеку показывать, но в школах еще можно было. Выделили две команды по гендерным (почему-то) признакам и пустили все на самотек. Поэтому КВН получился немного костюмированным, но на основе школьной формы по бедности.
Девицы изображали вполне себе политически правильный партизанский отряд, типа голова повязана, кровь на рукаве и след, разумеется, кровавый стелется по сырой траве. А мы стырив из родного дома относительно чистые простыни, оделись аполитичными привидениями. И не спрашивайте почему, и под пытками не отвечу. Не знаю потому-что.
Collapse )
Наблюдатель

Кислоту в воду.

Опять рекламу увидел. На этот раз про таблетки от изжоги. Изобрели все-таки. Кислоту в воду превращают, а как называются не скажу. Потому что не тем изобретатели занимаются. Гораздо лучший спрос будут иметь таблетки превращающие воду в вино. Правда, это и без таблеток было уже, но из той же серии ведь. Хотя для меня большая неожиданность, что учебник химии в среде производителей рекламы менее читаемая книга чем библия. Химия ведь у них в школе была, а закона божьего там не было пока. Но тянуться люди к слову.
Наблюдатель

Уральская рассказка. Первая.

- Федя, а Федя? - похмельный Колька уже битый час тащился вслед за Федором по разъезженной в хлам лесной дороге и изрядно устал, - Скажи мне, Федя, тебя Подводник в какую ягодицу пнул: в правую, или левую?
- В левую попал, гад - грустный Федор устал не меньше Кольки, - а тебе какая разница?
- Да так-то никакой, - Колька говорил с паузами, потому что пыхтел, - мне просто тоже хочется тебе пенделя влепить. Вот и спрашиваю, чтоб по битой половине не попасть. В мире должно быть равновесие.
[Где было не скажу, да и было ли вообще тоже не скажу. Сами судите.]
- Для равновесия, Коля, надо тебя пинать. Кто придумал ночью на экскаваторе учиться, я? Не я. Кто ключи от него у мастера из вагончика стащил, я? Не я. Кто ковшом столб повалил и провода порвал? Опять не я. А по шее мне накостыляли.
- А ты б не орал. Ты зачем орал-то? "Закон - тайга, медведь хозяин, мы еще встретимся...", - загнусавил Колька, передразнивая приятеля, - Ты чего всю жизнь на зоне провел, чтоб так разговаривать? Да и нашел кого пугать: Подводника. Он же еще, когда начальником участка на северах трубу строил, пятерых беглых зеков повязал в одиночку. Зарплату у него отобрать хотели на весь участок. Сто тыщ теми деньгами. Побил, связал и обратно в лагерь отвел. Один пятерых. А тут мы - два студента на практике. Не смешно даже. Хотя... Вот ты говоришь, "по шее накостыляли". Видели мы, где у тебя шея. Девчонкам расскажу, вот ржать будут.
- Девчонкам? Хрен с ними с девчонками, поржут и перестанут. Напишет твой Подводник телегу в деканат и счет институту выставит за убытки, вот тогда нам мало не покажется. Как бы из института не поперли. - Федя совсем загрустил от своих предположений.
- Не похоже, что напишет, - оптимистично заявил Колька, - Говорят, он хороший дядька, строгий только. И слово держит. Обещал в случае чего на тракт вывести и пинка для скорости дать и дал.
- Хороший, - протянул Федя, потирая ушибленную половину задницы, - кому хороший, а кому и не очень. И слово держит на семьдесят пять процентов: на дорогу обоих вывел, а пинка только мне дал.
- А меня пинать не надо, я и так быстро бегаю. Быстро и молча, что характерно. Это тебе поговорить надо обязательно. Вот за разговоры и досталось. Шустрей надо быть и молчаливей.
- Быстро - это хорошо. Быстро это тебе пригодится. Денег у нас совсем нет. Телефоны в городке остались. В автобус не пустят. И пойдем мы с тобой до Уфы быстрым шагом. Все четыреста километров. Молча причем. А то ишь разговорился. У меня язык к небу прилипает, пить охота, а он все треплется и треплется. Молчун, ага.
- А тут деревенька есть рядом, скоро поворот налево будет и там недалеко совсем. Ребята говорили, когда сюда ехали. Давай зайдем, может, денег заработаем на дорогу. Огород вскопать, крышу кому-нибудь перекрыть... - Колька не договорил, зацепился за корень, и чуть было не упал.
- Дом построить, сад посадить, детей вырастить, - подхватил Федя, - мы все умеем и к осени управимся. Болтун ты, Колька, все-таки.
- Дом, не дом, а работа-то в деревне всегда есть. Главное, правильно предложить свои услуги, как нам на маркетинге говорили. В компьютерах они наверняка хуже нас разбираются. Виндос поставим, интернет наладим, вирусы удалим и триста рублей в кармане. Только торопиться надо, чтоб к вечеру дойти. Давай пошевеливайся! - Колька извернулся, пнул приятеля по правой половине задницы и припустил вперед по дороге.
- За что?!! Убью гада! - возмутился Федя и рванул следом.
Метров через сто он догнал Кольку, отвесил ему подзатыльник, и друзья зашагали рядом. Ближе к вечеру они действительно вышли к деревне. Интернета в деревне явно не было.
- Интересно, - Колька рассматривал единственную деревенскую улицу из двух десятков домов, - а электричество с телевизорами у них есть?
- Ничего интересного. Провода есть, значит и электричество с телевизорами есть, - рассудил Федя, - меня вот больше интересует, есть ли тут кто-нибудь живой.
- Есть живой, дяденьки, как же не быть, - раздался сзади звонкий детский голосок. Ребята оглянулись. Говорила чернявенькая девчонка лет десяти-двенадцати в ситцевом платьице. Говорила, сидя на полуразвалившейся лавочке, возле одного из домов. Дечоночка вертелась и гримасничала, а Федя с Колькой готовы были поклясться, что до того как они обернулись на лавочке никого не было.
- Есть живой, дяденьки, - повторила девчонка удивительно звонким голосом и захлопала ресницами над синими глазами, - бабушка у меня живая. Она в крайнем доме живая прям по улице, справа. И провода электрические у нас есть и телевизоры. А электричества с ночи нету. Говорят два хулигана столб снесли на линии. Не знаете?
- Не знаем! – буркнул Колька, - мы никаких хулиганов. Очень ты разговорчивая, девочка. Отвела бы лучше к бабушке. Нам денег заработать нужно. Есть у бабушки работа?
- Может и есть, я почем знаю? – как-то по-взрослому ответила вертлявая девица, - а провожать мне вас недосуг, сами дотопаете, не маленькие. Вооон дом бабушкин видно уже. – она махнула рукой за спину друзей.
Пока Федька и Колька пытались разглядеть что там на другом конце деревни им показывают, девица пропала так же неожиданно как появилась и только качающиеся заросли бурьяна говорили, что здесь только что кто-то прошел. Девчонка не обманула.
- Работу ищете, молодые люди? - возле крайнего дома деревни стояла прямая и тощая как жердь старуха, напоминавшая вредную учительницу математики на пенсии и ту самую девчонку с другого края деревни. Старуха даже не поздоровалась.
- Да не так работу ищем, как денег заработать хотим на автобус, - честно признался Колька.
- Ну и так неплохо, - как бы про себя, но четким и ясным голосом проворчала старушенция, - все лучше чем столбы экскаватором выковыривать.
- Что? – вместе удивились Колька и Федор, - а вы откуда про столб знаете?
- Экскаватор. Значит копать любят, а раз любят копать, то есть у меня для них работа, - старуха продолжила разговаривать сама с собой, голос ее совсем затих к концу фразы, но вдруг обрел прежнюю четкость и ясность, - есть у меня для вас работа. Могилку надо вырыть на здешнем кладбище.
- Чего вырыть? – опять вместе удивились Колька и Федор, хотя прекрасно расслышали, - какую могилу? Умер кто?
Ребята боязливо завертели головами по сторонам.
- Могила обыкновенная. – Непонятно почему старуха вдруг улыбнулась, - на кладбище. А головами можете не вертеть: в деревне все живы кому положено, никто последнее время не умирал и не собирается.
- А копать тогда зачем? – Настырничал Колька.
- Примета такая, - объяснила старуха так уверено, как объясняют, что дважды два – четыре, - если на чердаке гроб приготовить и могилу заранее выкопать, то они долго не пригодятся.
- И что у вас и гроб имеется на чердаке? – Федька вытаращил глаза.
- А как же? – в свою очередь удивилась старуха, тут у кого припасенного гроба нет, считайте уже умер.
- Хватит рассусоливать, - засуетилась она, - вечереет уже, берите лопаты коль согласны. А денег я вам заплачу, не волнуйтесь. На автобус хватит.
- Где инструмент? – хозяйственно спросил Федор, - нам все равно чего копать, когда за деньги. Что огород, что кладбище.
- Ктоб сомневался, – буркнула старуха, - глаза разуйте. После таких слов приятели сразу заметили, что на самом виду, прям перед ними к забору прислонены две лопаты и кайло, а рядом стоит фонарь «летучая мышь».
- Чего смотрите? - немного раздраженно спросила старуха, - фонарь как фонарь. Керосиновый. Темнеет скоро, а электричество теперь в деревне отсутствует. Спички есть? Нету. – Она полезла в карман фартука, вытащила пачку папирос «Герцегоина флор» и спички, протянув это все ребятам, - берите, пригодится.
- Да мы вроде не курим, - отказался было Федька, готовый поклясться, что еще минуту назад он не замечал на старухе ни фартука, ни карманов в нем.
- Сами не курите, кому еще пригодится, - наставительно отрезала старуха, - вот поесть еще с собой возьмите, - она извлекла из-за своей спины типовой узелок с припасами, - или мы вроде не едим?
- Едим, едим, - Колька принял узелок, - откуда вы только все выхватываете, бабушка, непонятно. У вас случайно фокусников в роду не было?
- Фокусников? - переспросила бабушка, - вот кого-кого, а фокусников не было. Ни одного. Спешить вам надо пока не стемнело, ребятки, - старуха посмотрела на прячущееся за деревья солнце, - идете дальше по тропинке, вон к тому сосняку. Там кладбище. Копать будете сразу за березой. Береза там одна, не ошибетесь. Как управитесь, заходите за платой.
Федька пристроил на широком плече инструмент, Колька подхватил фонарь и узелок с едой и они отправились по пути, указанному старухой. Отойдя на приличное расстояние от деревни, приятели обернулись. Старуха все стояла у угла своего забора, вокруг старухи юлой вертелась девчонка в синем ситцевом платьице. И смеялась.
До кладбища дошли без всяких приключений. Федьку, правда, малость покоробили, а скорей напугали, пустые гробы, прислоненные к соснам посередь кладбища, но Колька тут же успокоил: кладбище видать татарское. У татар, как и у прочих народов исповедующих ислам хоронить в гробу не принято. Раньше покойников на кладбище на специальных носилках несли. Иногда бегом, как было принято. Теперь смешение традиций велит покойника до кладбища нести в гробу, поставить попрощаться, из гроба вытащить, в могилу положить и специально нарезанными глиняными блоками укрыть. Потом засыпать. А гробы прям на кладбище и оставляют, когда деревенское. Стоят, стареют. Выцветшей обивкой по ветру хлопают. Ничего страшного. Тут другое странно: кладбище вроде татарское, а старуха на татарку совсем не похожа.
Это все Колька приятелю рассказывал, когда они уже работать начали. Легко идет. Вроде горы, Урал, а под тонкой осыпью суглинок песчаный. Мягкий. Две лопаты на лопату размером копают. Стемнело, фонарь зажгли. Уже немного осталось. Оба внизу подчищают для ровности.
Тут сверху камушки зашуршали. Сыпется мелочь прям на голову. Идет кто-то по краю ямы. Федька голову поднял, посмотреть кто идет. Человек вроде. Странное только что-то в фигуре, а так – человек. Потому что поздоровался и закурить попросил.
Колька старухины папиросы достал. Лови, говорит, человеку, что сверху. А тот смеется: поймал бы, кабы руки были. Понятно, что в фигуре странного: рук нету. Вылез Федька из ямы. На Кольку оперся и вылез, потом Кольке лопату подал и наверх вытянул вместе с фонарем.
Безрукий, как безрукий. Одежда вроде военной, а пустые рукава под офицерский ремень заправлены. Сапоги тоже офицерские – хромовые. Колька еще подумал, что без рук одеть трудно.
Дали безрукому закурить. Тот папиросу поудобней в уголке рта пристроил, представился. Антошкой, зовут. Сторож здешний, а руки, говорит потерял. Где не сказал, спасибо за папиросу сказал и ушел.
Одно странно. Антошка этот безрукий от деревни в другую сторону ушел как бы. Но может у него сторожка там, раз сторож кладбищенский.
Вскорости рассвело. Роса упала. Холодно. Ребята все закончили и в деревню собрались за расчетом. А тут девчоночка появилась. Смеется, глазами синющими зыркает. Бабушка, говорит послала с деньгами. Чтоб в деревню назад не возвращаться, а то дороги не будет. А тут вон в ту сторону мимо кладбища и через полчаса на бетонную дорогу выйдете. Там остановка и автобус.
Ну раз так вышло, значит так вышло и никаких. Взяли Федька с Колькой денег, не считая даже, и на автобус направились.
Через несколько часов их найдет Подводник спящими на автобусной остановке. Найдет, растолкает, даст словестный нагоняй за пьяную ночную учебу на экскаваторе и заберет обратно в городок к общей радости. Он за них беспокоился и долго искал. Не гоже городским мальчишкам одним в лесу шастать. Да еще в тех местах.
В общем все хорошо кончилось. Для всех. Зачем я все это рассказал тогда, спросите вы? Имеете полное право.
Так нет там никакой деревни. И кладбища нет. И на карте нет, и в лесу нет. Ближайшая деревня километров тридцать и в другую сторону. Федька с Колькой право и лево перепутали. Денег, полученных за работу при них тоже не оказалось, хотя все карманы обшарили. Мозоли остались от лопаты только. Такая вот никчемная рассказка.
И еще. Подводник – это не фамилия, это уважительное прозвище.