dernaive (dernaive) wrote,
dernaive
dernaive

Неприглядная история.

Неприглядная, совершенно неблаговидная и просто порочная история произошла однажды уральской зимой, в одном уральском городе, недалеко от одной уральской гостиницы, в которой был один уральский же ресторан. Всё действие происходило на фоне уральского мороза в минус тридцать с половиной градусов. Как и было написано на светящемся над гостиницей табло.

В два часа ночи из ресторана, запахивая на ходу пальто вышли два напившиеся пива кренделя. Один местный, один иногородний. Вышли и быстрыми шагами направились прочь. Пиво было выпито столько, что оно плескалось в районе коренных зубов нижней челюсти и сильно давило снизу.

Настолько сильно, что один из кренделей, крикнув что-то похожее на «нет я терпеть не в силах» рванул к стоящему чуть поодаль, в елочках темному киоску. Киоск из панелей анодированного алюминия был восьмигранной усеченной пирамидой, не имел окон только со стороны двери и был опорным пунктом милиции. О чем иногородний крендель совершенно не догадывался. И даже не подозревал, что может быть обвинен не только в неуважении к общественному порядку, но и в прямом оскорблении органов внутренних дел, органом для этого непредназначенным.

Не подозревая всего этого он добежал и тихонько пристроился к двери. Процесс был долог. Вытекающая жидкость немедленно среагировала на погодные условия. И мгновенно замерзла благодаря тридцатиградусному морозу и высокой теплопроводности алюминия. Хуже всего, что замочная скважина скрылась под слоем чуть желтоватого льда.

И тут появились хозяева ларька. Милиция, три штуки.

- Вот, лядь! – мрачно сказал первый милиционер, - не успели лампочку ввернуть. И, главное, без лампочки они тут ссут, а с лампочкой не ссут.

- Именно, что, лядь, - поддержал его второй милиционер, - вот я, например, всегда свет в туалете включаю, чтоб не промазать. А эти и без лампочки не промахиваются.

- Что будем делать, крендель, лядь? – обратился третий миллицирнер к виновнику торжества, - замок замерз, а нам внутрь надо, чтоб тебе штраф выписать, за презрение общественной морали и нравственности. Оттаивай чем хочешь, хоть языком. Иначе заберем в отдел и закроем за оскорбление сотрудников. Действием.

Третий милиционер был лейтенантом, учился в юридическом и знал о чем говорит.

- А точно, чем хочешь? – спросил его второй крендель, подошедший к компании поближе, - давайте ключ, я, так и быть, оттаю.

Он вытянул ключ из пальцев первого милиционера. И оттаял дверь. Не будем говорить каким способом. И так понятно. Зато им даже штраф не выписали. Потому что в случае самостоятельного прекращения административного проступка с ликвидацией всех последствий содеянного и возмещением морального вреда вполне можно ограничиться предупреждением.

Ущерб заглаживали в том самом киоске. Тремя литрами Аксаковской (такая водка).

- Хуже всего, - рассказывал третий милиционер второму кренделю, - у меня в позапрошлом году было. Тут лампочка опять перегорела. А я еще сержантом здесь дежурил и на посту заснул. А кто-то дверь описал. Пришлось сидеть, ждать смены. Теперь в журнале запись есть. «Вверни лампочку над входом».

- Или выверни, - подхватил первый милиционер, - если хочешь палку заработать и административный штраф слупить.

Второй милиционер молчал, ему просто приятно было побыть в обществе таких интеллигентных человеков.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 33 comments