January 11th, 2015

Наблюдатель

Никогда мне не стать толерантным.

Посмотрел карикатуры (если можно так выразиться) убиенных французов. В том числе отклик сотрудников газетки на события в Московском метро. Потом увидел карикатуру Корсуна. Удивился кулинарному комментарию "жестковато" под карикатурой. Я так шутить не умею, но хочу сказать, что никогда мне не стать толерантным. В полном объеме. Но Корсун мне почему-то ближе французов, как их не крути. Рошаль опять же, который доктор, а не город. Причем в городе я был, а с доктором не знаком.

Все-таки многое мне недоступно из толерантного. Я вот танцы бальные не люблю и даже ненавижу.

У нас приятель в Уфе. У него дщерь. Танцует. То есть сейчас-то на тренерской работе, а в детстве и юности танцевала. В Уфе с прибамбасами для танцев, а им, простите за каламбур, одних туфлей не один десяток нужен, туго было, а в Москве тогда магазин специализированный существовал на улице Горького. Театральный. Там и грим, и парики с усами, украшения всякие для платьев блестящие, перья от павлинов. Поразили специальные такие на каблуки насадки типа презерватива, но толстые из полиуретана. Умная вещь.

И вот затарившись в этом магазине. С двумя пакетами всякой фигни. Мы с Сашкой в депутатском зале аэропорта. Через досмотр. Там и не досматривали никогда. Еще до террористов. Не знаю чего этому любопытному старшине в голову взбрело именно наши пакеты открыть.

И вот стоят два угрюмых мужика. С бандитскими рожами над дорогими галстуками. Вокруг народ толпится и хихикает. А перед ними милиционер, как гребаный фокусник, извлекает из пакетов разноцветные боа, перья, вееры, парики, туфли и корсеты. И все ведь выгреб скотина. До дондышка. И вот иду я на посадку, а сзади Сашка ржет и другие пассажиры посмеиваются. Потому что за мной боа волочится из пакета. Яркое. Разноцветное. По грязно-белому снегу аэропорта. Как лиса за женщиной в кафе Елефант.

Ненавижу танцы. Хотя девчонка потом у нас секретарем работала полгода, когда выросла. Красивая. Молодая только совсем. Хотя, как ни странно, умная. Ушла потом на тренерскую работу.

Никогда мне не стать толерантным. Хотя я очень вежливый и немного даже культурный.