July 28th, 2011

Наблюдатель

Опять про метро.

Жарко. Стою, как всегда, у дверей, против тех, что открываются. На Автозаводе заходит тетушка килограмм так эдак на 150 и повыше меня. С большой зеленой сумкой, через плечо. Радикюльчик такой на два с половиной ведра картошки и косметичка еще влезает. Под стать хозяйке. Место свободное углядела, прикинула на глаз, что не влезет. Ну и жестами двум мужикам: раздвиньтесь, мол, пожалуйста. Те раздвинулись. Тетка начинает парковаться и поворачивается через левое плечо задом к месту. Тресь радикюльчиком мужику в дыню с разворота. Извините. Перевешивает сумку и через правое плечо пробует развернуться. Радикюльчик другому мужику в лоб - тресь. Извините. Отходит немного, разворачивается, пятится задом и, наконец, умасчивается. Ерзает, еще немного раздвигая мужиков. Извините. Достает из радикюльчика книгу одиннадцатого формата в картонном переплете с обтрепанными уголками. Так когда-то роман-газету переплетали в специальных мастерских, или на работе по знакомству. Переплетик пятнистой бумагой непонятного цвета еще. Заинтересовался. Давно таких не видел в метро. Открывает на закладке. Закладка - календарик за 1978 год. Листы у книги желтые от старости, текст на пишмашинке почти без интервалов. Самиздат. Неужто, думаю, оно. Не поленился, достал очки. Оно. Тот самый "Остров сокровищ", в смысле, Архипелаг Гулаг. Читать без интервалов трудно, тетка строчки при помощи календарика отслеживает и беззвучно губами шевелит. Стареют первые советские пираты. Стареют.
Наблюдатель

Газпром и лед.

Одна из очень уважаемых ныне строительных фирм очень давно поставила газовикам одного из уважаемых регионов страны напольные кондиционеры по взаимозачету. В те времена жуткого товарного голода всем было все равно какие кондиционеры. Кондиционеры и все. Два вагона возьмешь? А то! Три возьму, но меняю на газ. Газпром тогда не был таким крутым как сегодня. Не знаю как в колокольне, а в регионах они зарплату выдавали музыкальными центрами, видеомагнитофонами и унитазами. Если выдавали, а не задерживали по полгода. Народ на местах питался в столовых под "запись", а в своих магазинах, куда товар попадал по тем же зачетным схемам, расплачивался внутренними деньгами, напечатанными на матричном принтере.
Все равно какие кондиционеры, оказались американскими напольными с инструкцией на английском и японском. Начальство растащило эти красивые штуковины по кабинетам, с английским у начальства было плохо, да и никто инструкцию прочесть и не пробовал: там же просто все: в розетку включил, рукоятку повернул на нужное деление и наслаждайся холодом. Правда большого эффекта эти кондиционеры не давали, поэтому через месяц-другой ими уже пользовались как тумбочками: стакан поставить, бумаги положить. Прошло лет десять. Напольные кондиционеры с инвентарными номерами так и стояли без всякой пользы, тем более что в нужных местах поставили сплит-системы, да и, смонтированная когда-то словаками, общая система кондиционирования воздуха оказалась вполне работоспособной, если ее включить. Включали иногда и американские тумбочки. С надеждой: а вдруг все-таки возьмет и заработает. Ведь столько времени стоит, может у него уже все заросло внутри. Все неисправности, т.е.
Так бы и списали бы эти «напольники» без всякой жалости, если бы одному особо въедливому газовику не пришло в голову заглянуть в инструкцию. Он думал, что все дело в том, что отсутствует труба для отвода горячего воздуха наружу. Он учил в школе физику, но оказался совершенно не прав. В инструкции было написано, что для работы в эти самые американские кондиционеры должен загружаться колотый лед. Покупаешь лед, колешь и засыпаешь в бункер кондиционера. Списывали их все-таки без жалости. Их с недоумением списывали.